— Увидим на месте, — оборвал начинавшуюся дискуссию Командор. — Не до того сейчас.
Он встал и опустил голову.
— Помянем мальчика...
Все встали. Над головами повисла голограмма улыбающегося чернокожего юноши с белыми волосами до пояса. Лавиэнец... Впрочем, давно не лавиэнец, аарн. Еще один брат покинул их, покинул, чтобы присоединиться к ушедшим в Вечность. Боль потери медленно поднялась и накрыла каждого в рубке. Все на крейсере тоже ощутили распространяющиеся волны скорби. Страшная новость понеслась по Аарн Сарт, и вскоре каждый аарн молча стоял перед портретом брата, отдавшего жизнь за них всех.
Рас жаждал прибытия на Аарн Сарт, как жаждут глотка воды идущие через пустыню. Он столько наслушался от братьев и сестер о чудесах миров ордена, что желание увидеть эти чудеса своими глазами усиливалось с каждым мгновением. Впрочем, то же самое ощущал каждый новичок. Люди толпились у огромных обзорных экранов крейсера и с изумлением наблюдали за циклопическими сооружениями астропорта. Казалось, гигантское, невероятно перепутанное дерево само по себе выросло в пространстве. На каждой его ветке теснились сотни и сотни диковинных черных плодов. Дварх-крейсера... Сколько же их тут? Тысячи и тысячи. И это ведь только один из нескольких сотен астропортов, разбросанных по скоплению. Рас изумленно помотал головой — он много слышал и читал, но сих пор и представить себе не мог реальную мощь ордена. А сколько мелких кораблей носилось вокруг... Казалось, ихб ыли миллионы и самых разнообразных расцветок, даже глаза болели от их пестрого беспоряддочного мельтешения. В стороне пролетело несколько бабочек, взмахивая яркими крыльями. Для космоса зрелище казалось фантасмагоричным, можно было подумать, что это сон, если не знать, что бабочки — это всего лишь орбитальные паромы. Каждый старался увидеть побольше. Каждый понимал, что не стань он аарн, то ничего из этого не увидел бы. Ни в каком случае.
В обитаемой галактике хорошо знали, что ни разу и ни один чужой корабль не проникал в глубину Аарн Сарт, орден никого и никогда не пускал к себе, торговля шла только на двенадцати пограничных планетах. Исключений не допускалось. О каком-либо туризме вообще речи не шло, аарн только презрительно фыркали на любые, самые заманчивые предложения туристических фирм. Все богатые люди галактики жаждали увидеть своими глазами загадочные планеты ордена, о которых ходило столько невероятных слухов, готовы были уплатить за это любые деньги, и туристические фирмы не прекращали бесполезных попыток договориться с орденом. Но, увы, никакие деньги не могли помочь — на Аарн Сарт не желали видеть никого постороннего. А любой корабль, самостоятельно пытающийся проникнуть глубже обозначенных границ, атаковался боевыми станциями Защитного Круга, о которых тоже не имелось никакой достоверной информации, кроме самых диких слухов. Что самое странное, орден никого из нарушителей не убивал — все они просыпались за несколько парсек от скопления в своем корабле со стертыми накопителями информации. Если на корабле до того была какая-нибудь авария, какая-нибудь неисправность, то после пробуждения экипажа он казался только что сошедшим со стапелей. Многие из нищих вольных торговцев таким образом ремонтировали свои разболтанные и древние звездолеты. Аарн до того не было никакого дела, они восстанавливали аварийные корабли и вышвыривали их из скопления. Но никто не знал, каким образом они это делают — кроме смутных образов чего-то огромного ни один из членов экипажа ничего не помнил. К тому же, кораблю-нарушителю навсегда запрещалось даже приближаться к Аарн Сарт, с ним больше не желали иметь никакого дела. Правительства заявляли протесты против нападения на мирные корабли, но Аарн было с высокого потолка наплевать на все их протесты, они не играли в так называемую политику и не заключали ни с кем никаких договоров, кроме торговых. И как же дрались между собой корпорации, чтобы захватить себе хоть одну торговую концессию ордена, чтобы получить хоть мельчайший договор о поставках чего-нибудь на Аарн Сарт. Ибо любые торговые взаимоотношения с Аарн давали им такую прибыль, что сравниться с ней не могло ничего. Особо ценными считались технологические новинки, которые орден периодически подбрасывал остальным. А этих новинок тут имелось столько, что даже попавшие на пограничные планеты торговцы, уже видевшие многое и многое, ходили открыв рот и изумляясь самому обычному для местных. Устаревшее здесь на сотню лет было последней новинкой для любой планеты галактики. Каждая, самая могучая и богатая корпорация мечтала открыть счет в Аарн Сарт Банк, но такая роскошь позволялась только очень старым партнерам ордена, которых знали не меньше трехсот лет. Этому желанию не стоило удивляться, ведь любой другой банк галактики считал долговые сертификаты Аарн Сарт Банка самой надежной валютой и легко выдавал под их залог любые суммы, даже многократно превышающие сумму самого сертификата. Кредитные карточки ордена принимались к оплате всюду, и высшим уровнем престижа для богатого человека было вынуть из кармана кредитку Аарн Сарт Банка. Это значило, что его семья очень богата и очень давно, как минимум триста лет, является торговым партнером ордена. И ни разу за все время не подводила контрагента. К тем, кто пытался их надуть хоть в мелочи, Аарн без лишних разговоров поворачивались спиной, немедленно аннулируя все договора и выплачивая любые неустойки. Но никогда больше обманувшей фирме или семье не позволяли совершить ни одной сделки с чем-либо, к чему имел отношение орден. Каким образом Аарн отслеживали эти сделки, опять же никто не знал, но никакая цепочка подставных лиц или компаний не помогала. Орден мгновенно вычислял участие проштрафившихся и вносил в черный список уже тех, кто помогал обманщикам. Несколько подобных примеров хорошо убедили остальных контрагентов, что обман обойдется им куда как дороже. И никто больше не рисковал. На двенадцати пограничных планетах ордена разрешали селиться иностранцам, там охотно предоставляли работу всем желающим, но каждого прибывшего эмигранта Аарн проверяли какими-то своими способами и любого, кто внушал им малейшие подозрения, в тот же день сажали в первый попавшийся корабль с волчьим билетом. И как люди стремились попасть туда — ведь в ордене не существовало понятия бедности, как таковой. Любой, проработав на пограничной планете всего несколько лет, возвращался домой богачом — заработанные деньги только скапливались на его счету, а все необходимое для жизни человек получал бесплатно. Да и престижную работу после возвращения получить было очень просто — специалисты, прошедшие обучение на пограничных планетах ордена, ценились в обитаемой галактике на вес вария. Впрочем, многие и многие никуда не хотели возвращаться, и жили на этих планетах всю осатвшуюся жизнь. Их дети почти всегда становились Аарн, ибо одним из требований ордена к поселенцам было посещение детьми местных детских садов и школ.
Вспомнив все это, Рас усмехнулся. Он сам мечтал в свое время побывать на одной из пограничных планет, будучи уверенным, что больше ничего ему не светит. Чудо все-таки случилось, и он сам стал аарн. Теперь у него есть возможность увидеть все, что не мог видеть ни один чужак... Он снова повернулся к обзорному экрану. “Путь Тьмы” не спеша подваливал к одной из ветвей астропорта, и желание оказаться там побыстрее становилось все сильнее и сильнее. Ветвь медленно надвигались и, казалось, уже закрыла собой всю вселенную, когда произошло что-то странное. Дварх-крейсер резко вздрогнул и астропорт снова начал удаляться.
— Внимание всем! — набатом ударил резкий эмообраз Эстарха. — Прошу не членов экипажа срочно покинуть “Путь Тьмы” через гиперпорталы, вас ждут в зале Лианен астропорта. Координаты перехода переданы в ваши голары. Экипажу — боевая тревога! Всем находящимся на борту “Бешеным Кошкам”, “Коршунам Ада” и “Ангелам Тьмы” — готовность номер один, оборудование и защита высшей степени. Биощиты обязательны!
Аарн встревожено загудели и тут же замолчали. Над крейсером, заполняя собой все вокруг, зазвучала заставляющая душу плакать мелодия Прощания, и Рас увидел портрет улыбающегося лавиэнца. “Прощай, брат... — сами по себе прошептали губы. — Я не знал тебя и мне так жаль...” Тихая скорбь эхом шла по эмоэфиру, голар каждого сообщал, что случилось. И почти каждый из Аарн не мог придти в себя от изумления — инфернальная планета у них в скоплении?! Да как такое вообще возможно?! Но боевая тревога была объявлена, и люди начали покидать крейсер — все знали, что без серьезной на то причины их бы не попросили сделать это.
Рас стоял и смотрел на распахивающиеся то тут, то там провалы гиперпереходов. Он тоже хотел перейти в астропорт, где, как он слышал, их ожидали. Но что-то не давало ему сделать этого. Какое-то непонятное чувство подымалось из глубины души и внутри все дрожало. Да что это с ним? Что вообще происходит? Казалось, попеременно теплые и холодные нити тянут его в центр неизвестно откуда взявшегося в нем самом пятна первозданной Тьмы, какое-то знание рождалось в глубине души, и парень терялся все больше и больше. Но вскоре Рас откуда-то твердо знал, что он необходим здесь, что есть что-то, что сможет сделать только он, что никто не сумеет его заменить. Казалось, в душе у него рвутся какие-то привычные давно связи и что-то новое прорастает, кто-то зшвет его, настойчиво зовет. Рас не понимал, что с ним творится, но четко знал, что не имеет права уходить, что обязательно должен попасть туда, куда пойдет “Путь Тьмы”. Что-то там его ждет. Что-то или кто-то, с чем или кем он обязательно должен встретиться.
— Рас! — заставил его подпрыгнуть эмообраз матери. — Ты только посмотри на эту маленькую дурочку, не хочет уходить, и все тут!
Рядом с Иреной стояла Ана, упрямо продолжающая отрицательно качать головой и отнекиваться. Глаза девочки были устремлены в пол, а ее чувства так и кричали, что она не может, ну просто не может уйти. Что она тоже обязательно должна встретиться с этим чем-то, что так настойчиво зовет ее. Рас с изумлением слушал ее душу и открывал навстречу свою. Девочка, ощутив, что стоящего перед ней парня тоже позвало это что-то, так и подалась вперед, с надеждой смотря на него. Ирена с немалым удивлением вслушивалась в их чувства, но уже понимала, что здесь что-то серьезное. Хотя опыта, как у Целителя Душ, у нее совсем не было, но какой-то частью подсознания она понимала, что в случае такого совпадения настаивать на своем нельзя. Нужно сперва понять, почему их что-то зовет и зовет ли. А Рас с Аной уже решительно направлялись к рубке.
Ирена немного постояла, смотря им вслед, и вздохнула. Что ж, все как всегда — сыновья уходят в бой, а матери ждут их. Ждут, любят и верят, что дождутся... Женщина смахнула слезы с глаз, и слабая улыбка искривила дрожащие губы. Но она нужна здесь, она должна стать истинным Целителем Душ, пройти Школу Духа, и только потом у нее появится право идти рядом с теми, кто закрывает собой других. Мысленная команда и перед Иреной распахнулся гиперпортал. Она снова поглядела в глубь коридора, в котором скрылся ее сын, и шагнула в черный провал.
Командор мрачно отмечал выполнение его приказаний, напрямую поключившись к биокомпу крейсера. Эстарх недовольно пофыркивал, но молчал, не решаясь спорить, когда вокруг творится такой бардак. Через мозг Илара прокатывались потоки информации, из которых маг мгновенно вычленял все ему необходимое, даже не задействуя собственный биокомп. Так, отряды десанта готовы — ребята молодцы, сразу подключили биощиты, каждый не понаслышке знает, что такое инферно. Через служебные гиперпорталы потрком поступали оружие, биомасса и все, что только могло пригодиться в этой неожиданной экспедиции. В накопители закачивался тройной запас энергии, под дополнительные торн-батареи даже пришлось занять несколько обычно пустующих кормовых трюмов. Это, конечно, несколько опасно — в случае пробоя защитного поля от “Пути Тьмы” мгновенно останется только облачко плазмы. Но выбора попросту не было, при таком уровне инферно необходимо выставлять по крайней мере три полноценных линии защиты, а на все это нужна энергия. Командор отнюдь не был уверен, что ему удастся пождерживать энергетические каналы вблизи того мира, все силы ведь придется тратить на собственные щиты. Остальные трюмы дварх-крейсера загркжались десантными катерами, глайдерами, боевыми роботами и танками высшей степени защиты — кто знает, может невдалеке от источника излучения не будет возможности пользоваться порталами. Илару доводилось сталкиваться с подобным и он решил на всякий случай перестраховаться. Почти все, не участвующие в разведке боем, покинули корабль, а оставшиеся устрраивались в противоперегрузочных ложементах — времени терять нельзя, придется идти на форсаже, не тратя энергию на внутренние гравиполя.
— Мастер... — привлек внимание мага чей-то неуверенный эмообраз и он обернулся. Так, только их здесь и не хватало для полного счастья! Двое новичков, Рас и это большеглазое чудо, Ана, стояли в дверях рубки.
— Почему вы здесь? — с недоумением спросил Илар. — Простите, ребята, но мы идем на очень опасное дело, а вы еще ничего не умеете. Уходите в астропорт, прошу вас.
— Прослушайте нас... — эмофон девочки вибрировал. — Пожалуйста, вы все поймете...
Илар прислушался к их чувствам, и удивление начало медленно подыматься в душе мага. Внутри каждого из детей бушевал вихрь, раздирающий на части душу и не дающий ни одному из них уйти, требующий оставаться здесь и заставляющий верить в собственную необходимость. Необходимость быть здесь именно сейчас. Эти двое слышали Зов... Зов Предназначения. Эстарх только крякнул, услышав его и самоустранился. Двархи почему-то старались держаться подальше от тех, кого захватил Зоу. Внятного объяснения почму это так ни от одного из бестелесных добиться так и не удалось. Мычали что-то, и поскорее переводили разговор на другую тему. Командор повернулся к Т’Саду и быстро передал ему считанное. Дракон на секунду замер, осмысливая, потом тоже повернулся и принялся внимательно разглядывать мнущихся на пороге Раса с Аной. Дварх-адмирал сам несколько раз в жизни ощущал Зов и знал, что противиться ему никак нельзя. Да и невозможно. Если у ребят такое четкое ощущение, что они необходимы, то это действительно так, и они еще сыграют во всей этой истории важную роль. Как бы не ключевую...
“Да, — донесся до него узконаправленный эмообраз Командора. — Детей придется брать с собой. Играть в игры с Предназначением я не рискну. Хотел бы я только понять, почему именно они...”
“Ишь, чего захотел! — внутренне хохотнул Т’Сад. — Мы это, как ты сам помнишь, узнаем только тогда, когда все уже заканчивается. Понимаю, что за детишек боишься, но увы. Выбора у нас особого нет, придется брать.”
Рас с тревогой смотрел на молчащих Командора с огромным черным драконом, о котором он столько слышал. Парень не мог понять сам себя, но уверенность, что он должен лететь, все нарастала, нарастала и нарастала. Точно то же самое, он хорошо это чувствовал, ощущала и Ана. Девочке было стрално и интересно до жути. Как она еще дома мечтала открывать новое, неизвестное, то, до чего трудно, есл ивообще возможно дотянуться. И эта странная жажда лететь к инфернальному миру давала ей такой шанс. Может, она сможет действительно оказаться полезной и что-то сделать для всех тех, кого успела так полюбить? Ана сильно волновалась и очень боялась, что ее не возьмут. Ведь Зов становился с каждой минутой все сильнее...
— Что ж, — нарушил, наконец, молчание Командор. — Вы летите. Но учтите, ни единого шага в сторону без разрешения.
Он повернулся к пульту и вызвал на главный экран Тину. Девушка в этот момент занимлаась тем, что внимательно проверяла снаряжение каждой из подчиненных ей “Бешеных Кошек”. Поход в мир с таким уровнем инферно требовал совершенно нетрадиционных мер защиты, и лучше трижды перепроверить все, чем из-за собственной небрежности терять братьев и сестер. Она ведь прекрасно знала, что для любого эмпата появиться в мире смерти без внешних биощитов равнозначно медленной и мучительной смерти. А перед глазами снова стояли глаза умирающих девочек, которых она так и не смогла вытащить тогда, на Ирмионе. Не хотелось вспоминать эту страшно провалившуюся операцию, но воспоминания сами собой лезли из души, и девушке хотелось скрипеть зубами от досады. Страх снова терять тех, кого любила, колотился в душе, и Тина искоса посматривала на весело готовящихся к бою и вовсю зубоскалящих кошек. Каждая из них слышала страх своего дварх-майора и старалась послать в ответ уверенность в своих силах, спокойствиа. Девушка даже растрогалась, но скрыла свои чувствк за щитом. Предаваться самотерзаниям времени не было, через несколько минут старт, и нужно еще раз все проверить. Услышав сигнал вызова, Тина повернулась к стене, на кототой появилось изображение Илара. “Не случилось ли еще чего?” — возник тревожный вопрос, обычно Мастер старался никого не тревожить перед началом боевой операции, прекраснг понимая на каком взводе находятся люди. Только если случалось что-то такье, что меняло все планы, он вызывал готовящийся к бою отряд. Тина внимательно уставилась на лицо мага, пытаясь увидеть на нем какие-то признаки новой беды. Рядом с Мастером почему-то стояли Рас и Ана. “Интересно, а они-то там зачем?” — скользнула по краю сознания мысль.
— Отправляю этих двоих к тебе, — сказал Командор. — Позаботься, чтобы они были снмряжены и защищены как следует.
На лице девушки отобразилось такое изумление, что Илар не смог сдержать смеха. Ему вторил громовой смешок черного дракона. Тина даже рассердилась на них — мало ли у нее сейчас дел, а эти двое шуточки шутят! Она собралась сказать что-то едкое, но не успела, услышав добродушный рокочущий голос Т’Сада:
— Зов Предназначения, девочка. С этим не шутят.
Тина недоверчиво покосилась на смущенных Раса с Аной. Что-то очень странное. Она, конечно, знала, что иногда кое-кто из них слышит непонятный Зов, и это всегда касается чего-то очень важного для всего ордена, чего-то основополагающего. Но никогда еще Зов не касался тех, кто только-только стал аарн и еще не успел ничего узнать об их жизни. Почему именно эти двое? Ладно Рас, он сильный и умный парень. Но Аа? Это беззащитное большеглазое дитя? Что она может сделать там, где, скореее всего, придется проливать кровь? Где придется умирать и убивать? Но Зов являлся загадкой даже для Мастера, и все знали о нем только то, что ему следует подчиняться, иначе дело обязательно кончалось катастрофой. Увы, Командор полностью прав, раз Рас и Ана слышат Зов, отправляться безн их в мир инферно будет чистой воды глупостью. Похоже, что они должны сыграть какую-то пока непонятную Тине роль в будущих событиях. И роль очень важную. Да, жалко детишек, они не готовы снова погружаться в подлость и грязь. Как бы не пришлось после операции их к Целителям Душ отсылать...
— Ладно, присылай, — Тина даже передернула губами от досады. — И не беспокойся особо, Мастер, я за ними присмотрю. А вы двое, если скажу прыгать и квакать, чтобы прыгали и квакали!
Парень с девочкой судорожно кивнули. Затем шагнули в открытый Командором портал и оказались рядом с группой девушек в черно-серых боевых скафандрах. Ана с изумлением смотрела на такую добрую и ласковую обычно Тину, она и представить себе не могла, что та может быть такой жесткой. Рас ничуть не удивлялся, ему уже довелось повидать дварх-майора в деле и он прекрасно понимал, почему пашу прозвали ее Кровавой Кошкой. Парень с любопытством осмотрелся. “Бешеные Кошки” готовились к бою в овальном, метров триста в длину темно-сером зале. Потолок его выглядел рубчатым, неровным и в его глубине постоянно вспыхивали какие-то огоньки. В стенах были сотни ниш, в которых Рас увидел наполовину вросшие в них пустые скафандры. Какие-то ломаной формы наросты на тех же стенах, только выше ниш, постоянно вибрировали. Девушки делали что-то непонятное со своим скафандрами, от чего по их поверхности все время пробегали волны темного свечения. Рас даже встряхнулся — слишком много странного... Повернувшись снова ко входу, он увидел, как Тина подошла к нишам и быстро подобрала снаряжение для них двоих. “Бешеные Кошки” обычно носили черно-серые боевые доспехи с изображением приготовившейся к прыжку разъяренной дикой кошки на груди. И все, кому только доводилось повстречаться в бою с этим легионом, вспоминали их эмблему с ужасом. Невольно на память приходили все страшные истории о жестокости “Проклятогг Легиона”, как с ненавистью называли кошек в странах обитаемой галактики. Больше них боялись разве что “Коршунов Ада”...
— Разденьтесь догола, — донесся до Раса голос Тины. — Доспехи одевают на голое тело, они срастаются с ним и способны долго сохранять жизнь даже в случае смертельных ранений.
Парень поперхнулся, очень неловко было раздеваться в присутствии сотни молодых и красивых, в большинстве своем, женщин. Но, ощутив исходящую от них всех волну тепла и пшдбержки, успокоился. Никто здесь над ним издеваться не станет. Он быстро сбросил с себя форму, которая за последние дни стала ему второй кожей, и осторожно влез в стоявший перед ним распахнутым скафандр. Темно и мокро, внутреннюю поверхность доспехов, тут же прилипшую к коже, покрывала какая-то слизь, и сперва было очень и очень неприятно. Рас не успел опомниться, как скафандр пошел волнами и сросся вокруг него, полностью закрывая все тело, кроме головы. Теперь осталось только нарастить шлем и мало что в мире могло после этого нанести ему вред. Рядом стояла Ана, тоже уже в доспехах, и морщилааь от липких прикосновений чего-то ей непонятного к коже. Рас четко ощущал отвращенип девочки и, хотя сам чувствовал себя ничуть не лучше, послал ей волну тепла и уверенности в себе. Малышка радостно улыбнулась в ответ, но тут же снова дернулась от очередного движнеия скафандра.
— Теперь самое важное, — снова заговорила Тина и протянула каждому шевелящийся, похожий на амебу комок чего не очень приятно пахнущего. — Положите на язык и подождите, пока бионити не вживутся. Это — биощит, без него идти в мир инферно для эмпата совершенно невозможно. Здесь же биочип, обеспечивающий удаленную связь и функцию “Последнего Дара”. Понимаю, что это очень неприятно, но вы сами решили идти с нами и без полного боевого снаряжения никто вас никуда не пустит.
Ана первой протянула руку и взяла липкий комок. Вблизи его запах стал еще неприятнее, а шевеление ложноножек вызывало отвращение. Девочпа резко выдохнула, зажмурилась, набралась мужества и положила комок себе на язык. Какого труда ей стоило удержаться от рвоты! А тут еще мерзкое ощущение, что какие-то очень тонкие нити пролезают внутрь языка, нёба, щек. Наверное, ее вид был довольно странным, так акк несколько кошек не выдержали и прыснули. А потом послали девочки ощущение тепла и поддержки, прося не обижаться на смех. Ана не обиделась, она просто не могла обидеться на кого-нибудь из братьев или сестер. Странное ощущение во рту рассасывалось и теперь ей казалось, что что-то шевелится у нее в голове, прямо на поверхности мозга. Боли не было, но и удовольствия в этом ощущении имелось весьма мало. Она оглянулась, и сама чуть не прыснула. Такой скривившейся физиономии, как у Раса сейчас, ей еще не доводилось видеть ни у кого. Вытянувшаяся, полная отвращения и настолько искривленная, что оставалось лишь удивляться, как его еще не хватали судороги. “Это и я так выгляжу? Фи!” — промелькнула мысль и Ана постаралась расслабиться.
“Ана, ты меня слышишь?” — раздался вдруг женский голос в голове у девочки и она ойкнула от неожиданности.
“Не бойся, — засмеялся голос, — просто проверка связи. Это я, Тина”.
“Я тоже тебя слышу, — вклинился в разговор голос Раса. — Это что, телепатическая связь?!”
“Да, — с легкой иронией ответила дварх-майор. — Она работает на расстоянии до двухсот миль. К сожалению. Для более дальних расстояний используйте голар”.
“А эмообразы?”
“Ими можно общаться только в прямой видимости. В ином случан опять же используют голарр. Но для боя голосовая телепатическая связь куда удобнее, тем более, что она легко делится на тысячи не связанных друг с другом каналов”.
— Голап? — с недоумением повторил уже эмообразом Рас. — А что это вообще такое?
— Гологипертерминал,— рассмеялся кто-то из кошек. — Не ломать же нам каждый раз язык, пытаясь выговорить сие милое словечко? Вот и сократили. Вообще, длинные слова стоит сокращать в боевой обстановке. Там доли секунды порой роль играют.
— Ладно, хватит ржать! — резкая команда Тины покрыла собой весь зал. — Все по местам, через две минуты старт! Шлемы нарастить! Когти и зубы наточить! Вперед, кошки, хвосты трубой, и пусть враги дрожат! Мы идем!
Дикий, воющий мяв раздался в ответ. Рас и Ана с изумлеением наблюдали за отваянно скандирующими боевой клич десантницами. Глаза каждой горели лихорадочным возбужденным огнем, они шли в бой, на возможную смерть, знали это и были готовы. Эту готовность умеретб Рас легко считывал в эмоэфире, и она изумляла его, изумляла и воодушевляла. Слушая чувства других, он даже не заметил, как из пола рядами выросли противоперегрузочные кресла. Точнее, ложементы — в них можно было только лежать. Какие-то шланги и ремни свисали с каждого, у изголовья виднелся пульт небольшого биокомпа.
— По местам! — снова раздалась команда и “Бешеные Кошки” принялись рассаживаться.
Их с Аной Тина усадила чуть ли не силой и внимательно проверила, все ли пристегнуто как надо, ничуть не доверяя неопытным людям и предпочитая перепроверить все сама. Девочка подчинялась ей, не прьтестуя и понимая необходимость этого. Хотя некоторое неудобство присутствовало, она никак не могла привыкнуть к новой Тине, слишком та отличалась от себя обычной. В скафандре Ане тоже было непривычно и неудобно, она ощущала, как какие-то трукби и отростки внедряются в ее тело. Вот что-то мягкое просверлило ей висок и прикоснулось к мозгу... Так ей, по крайней мере, показалось. Да нет, не показалосл, перед внутренним зрением вдруг сам по себе возник приглашающий интерфейс биокомпа доспехов, и Ана ощутила их, как ощущают свое тело. Каждое устройство, каждое сочленение, оружие и устройства сохранения жизни. Теперь она знала, как испольовать все это, и неизвестно откыда взявшееся знаоие удивляло. Но вдруг случилось еще кое-чтт и Ана чуть не заввопила в голос — что-то прикоснулось к ее самым интимным местам и мягко, без боли, вошло в них. Вошло и срослось. “Не бойся, маленькая! — раздался в голове смешок Тины. — Скафандру нужно обеспечить тебе удобство во время боя. А вдруг тебе в туалет захочется? Тперь ты можешь не терпеть, если понадобится, доспехи сами уловят потребность организма и смаи заберут все лишнее”. Ана только скдорожно кивнула – все-таки воспомминания о том, что делали с ней в подвале Томорроя, никуда не ушли, и прикосновения к интимным местам были ей очень и очень противны. К счастью, скоро все неприятные ощущения прошли, и девочка окончательно почувствовала доспехи, как раньше чувствовала форму. Они перестали быть чем-то чужеродным и стали частью ее самой! Ана изумленно покачала головой — сколько все-таки в ордене удивительного... Девочка в свое время немного интересовалась развитием науки и понимала, что увиденное ею здесь опережает имеющееся в галактике не меньше, чем на несколько поколений. Да за малую долю подобных биотрхнологий любое государство пвшу с радостью продаст половину своих граждан в пожизненное рабство...
— Внимание всем! — раздался ниоткуда голос Командора.— Начинаем предстартовый отсчет. Корабль идет на форсаже. Всем, кто еще не сделал этого, срочно занять противоперегрузочные ложементы!
И монотонный мехагический голос начал обратный оосчет. Ана с волнением ожидала старта, слегка побаиваясь, но какой-то странный азарт все прочнее обосновывался внутри нее, потихоньку вытесняя прочие чувства. “Восемь, семь, шесть, — сами собой повторяли вслед за механическим голосос губы. — Пять, четыре, три, два, один... Старт!” Какая-то могучая рука внезапно вжала ее в ложемент так, что перехватилг дыхание. Но в ту же секунду над ней появилось на грани видимости синеватое свечение. Появилось и бпз следа уничтожило навалившуюся на девочку тяжесть. Как жаль, что ей нельзя находиться в рубке и видеть все... Но Ана твердо знала, что настанет время, когда у пульта крейсера будет стоять она. Это будет. Во что бы то ни стало будет!
“Всем приготовиться войтти в состояние эмосна, — раздался в голове Аны бесстрастный голос Тины. — Включаю!”
Ана хотела что-то сказать, но не успела. Ей вдруг необоримо захотелось спать, настольк, что она едва успела сладко зевнуть. Зевнула и провалилась в сон.
Илар внимательно рассматривал покрытый непроницаемыми тучами шарик инфернальной планеты. Похоже, там никогда не видели солнца и звезд. Впрочем, звезд бы они не увидели ни в каком случае — пылевое облако, в котором находилась система желтого карлика с единственной планетой, было настолько плотным, что увиддеть сквозь него что-нибудь можно было только если очень повезет. Да и климат у них, похоже, еще тот. Даже сквозь тучи Илар видел воронки смерчей, гуляющих по планете. Впрочем, населена была только небольшая оюласть у южного полюса, огромное плоскогорье, возвышающееся над поверхностью на пару сотен миль. И до этого плоскогорья смерчи не добирались.
— Син, что говорят детекторы? — обратился Командор к адмиралу, сидевшему у пульта в прямом подключении к главному биокомпу крейсера. Толстое, постоянно сокращающееся щупальце биосистемы приросло к его глазу, и старик периодичесик касался этого щупальца рукой, ласково поглаживая его.
— Спроси Эстарха, — поворчал тот. — Извини, занят, тут такое творися, что едва держу стабильность гиперконтуров.
— Спрашиваю.
Страница 37 из 99
Следующая страница
[ Бесплатная электронная библиотека online. Фэнтази ]
[ Fantasy art ]
Библиотека Фэнтази |
Прикольные картинки |
Гостевая книга |
Халява |
Анекдоты |
Обои для рабочего стола |
Ссылки |